Юридический портал о недвижимости

Юридический портал о недвижимости

» » Дело «пьяного мальчика»: что скрывает судмедэксперт. Какой вердикт вынес щелковский суд «Постановление об изъятии и передаче уголовного дела

Дело «пьяного мальчика»: что скрывает судмедэксперт. Какой вердикт вынес щелковский суд «Постановление об изъятии и передаче уголовного дела


Вчера окончилось дело эксперта Клейменова. Его судили за халатность и присудили 10 месяцев исправительных работ. При этом ему разрешили работать экспертом.

Не поняла, как будет выглядеть его наказание. Он станет после работы подметать улицы, или с его зарплаты будут что-то вычитать?

Поскольку дело имеет «большой общественный резонанс», о нем опять говорили в программе «Время» - типа, прямо, судьбоносная новость.

Напомню, в чем там было дело.

Клейменов как судебный эксперт должен был ответить (дать заключение эксперта) на определенные вопросы следователей, расследующих смерть ребенка, наступившую в результате ДТП.

Он провел вскрытие, сделал забор крови для последующих обязательных анализов на наличие алкоголя, как этого требует инструкция. Далее труп отдали родным для захоронения.
Клейменов – эксперт с большим (около 30 лет) работы. В год он проводит 300 вскрытий и 500 обследований живых людей с целью дать заключения по тем или иным поводам.

Так как погиб 6-летний ребенок, составить заключение по результатам вскрытия требовали быстро. Он сделал это, как только получил результаты анализа крови. Анализ этот производится в другом учреждении, специалистом-химиком, на очень точном приборе.

К удивлению Клейменова, в анализе было указано содержание этанола, причем слишком большое для ребенка. Клейменов, как мог, проверил результат. Еще раз проверили на приборе, убедились по контрольной крови, оставшейся в морге, что в лаборатории исследовалась именно кровь этого ребенка (делали анализ ДНК) и проверили кровь на одно из веществ, которое образуется при переработке организмом алкоголя. Вещество это было установлено. Т.е., получилось, что алкоголь был прижизненный, а не внесенный умышленно или по небрежности (загрязнение пробы или ненадлежащее хранение, вызвавшее потом брожение). Начальство Клейменова решило, что этого достаточно, тем более, что потерпевшие (родители ребенка) требовали скорейшего окончания экспертизы.

Потерпевшие ведь уверены, что они – единственные. То, что перед ними было еще 100 пострадавших, ожидающих свои экспертизы, для них ничего не значило. Они писали во все инстанции. По их мнению, заключение должно быть готово в один день: вскрыл, сделал все анализы и написал. Только так. А то, что 300 трупов в год и 500 освидетельствований живых потерпевших, а в году 365 дней, включая выходные и праздники – да кому какое дело.

И вот в исследовательской части заключения были приведены результаты анализа, подписанные проводившим этот анализ специалистом, а в «Выводах» был дан ответ, заданный эксперту следователем об алкоголе (обязательный вопрос даже для погибших в ДТП младенцев). Ответ гласил, что погибший находился в состоянии алкогольного опьянения.
И начался феерический скандал. Несколько месяцев Клейменов и отец погибшего не сходили с экранов и первых полос СМИ.

Впервые, пожалуй, была такая единодушная реакция общественности. Ребенок не может быть пьян, и точка. Значит, эксперт врет. А зачем? Дали денег.

Никакие возражения не принимались.

К сожалению, не было должной реакции экспертного сообщества, как, впрочем, нет и самого экспертного сообщества.

Начались рассуждения о том, что выявленная прибором доза этанола была слишком велика для ребенка, что он бы при такой дозе сразу умер. Начались дебаты о возможном посмертном загрязнении проб.

Но экспертиза – это, в первую очередь, оценка, потому что, чего не коснись, нет точной информации. Например, кто проверял, сколько алкоголя должен выпить ребенок 6-ти лет, чтобы в его крови появилась заявленная доза этанола, и кто проверял, как это на нем скажется? Нет и не может быть таких данных. Вот одни переносят на данный случай то, что им известно об опьянении взрослых, а другие помалкивают.

Клейменова высокое значение не смутило.

Были проведены другие экспертизы. Одна его подтвердила, другая, сделанная 18-ю академиками, его вывод опровергла. Они исходили из того, что Клейменов не провел еще один тест на прижизненный алкоголь. Они его провели и установили, что алкоголь был не прижизненный. А тот тест, что делал Клейменов? Там могла быть ошибка измерения, а в их тесте быть ошибки не могло. Так, может быть, все экспертизы нужно делать с привлечением 18-ти академиков?

Теперь, откуда алкоголь в анализе? А Клейменов, наверное, не так делал забор крови, не так ее хранил… В общем, допустил загрязнение проб, и в этом одна его ошибка. Вторая в том, что он не сделал тот анализ, что делали академики (кстати, из них только двое были из судебно-медицинской экспертизы, а остальные – педиатры и др.). Третья в том, что он якобы не понял, что значение этанола слишком высоко и сделал вывод об алкогольном опьянении.

Возможно, будь он не такой самоуверенный, он бы давал оценку так, что значение содержания этанола слишком высоко, и я не могу это объяснить, почему у ребенка было такое высокое значение этанола, поэтому ответить на вопрос о том, находился ли погибший в состоянии алкогольного опьянения не представилось возможным. Но это – максимум, что он мог сделать в этой ситуации, и как мы помним, он советовался с начальством, и ему велели давать информативный вывод.

И где было это начальство весь этот скандал и весь этот процесс? Вы его видели? То-то и оно, что указивщиков для эксперта – вагон, а отвечает за все он один. Не надо было идти на поводу у родных и начальников, требующих немедленно, вне всякой очереди сделать эту экспертизу, а надо было назначать все возможные анализы. А там бы уж эксперт понял бы, прижизненный или не прижизненный был алкоголь.

Или, если пошел на поводу по поводу сроков, то дал бы НПВ.

Принес ли эксперт реальный вред своим заключением? Если бы не было скандала, то судья все равно не должен был бы брать в расчет, что потерпевший был пьян, так как это не отменяет вину того, кто совершил наезд, нарушив ПДД. Более того, судья тоже не дурак, и видя абсурдный вывод или вообще не принимает его во внимание, или вызовет эксперта для допроса.

Я не понимаю, почему этот случай, эти мелкие детали довольно экзотической профессиональной деятельности стали предметом такого общественного внимания.

Бред какой-то.

Вот если бы доказали взятку, то другое дело. Но ее не было. И какое широкой публике дело до того, какой из анализов правильный?

Впрочем, будут еще баталии, так как всем бы хотелось посадить этого эксперта лет на 25, а лучше четвертовать.

Сами-то вы ошибок никогда не делаете.

23 апреля 6-летний Алеша Шимко погиб под колесами машины прямо во дворе своего дома. При этом, как он гулял, как за ним присматривал дедушка, и как в итоге его сбила 31-летняя Ольга Алисова на «Хюндэ Солярис», видел весь двор. Но сразу после происшествия начались странные вещи. Сначала пропали записи с камер видеонаблюдения. Потом около месяца отец мальчика Роман Шимко не мог добиться возбуждения уголовного дела. А когда дело все-таки возбудили, выяснилось, что в крови ребенка был алкоголь . И не мало - 2,7 промилле (для взрослого - это бутылка водки, для ребенка - две рюмки). Семья и родственники уверены - образцы крови подменили. В эфире Радио «Комсомольская правда» (97,2 FM) мы поговорили с тем самым судмедэкспертом, который ставил свою подпись под результатами экспертизы.

«КОНТЕЙНЕР ДЛЯ ОБРАЗЦОВ БЫЛ ОПЕЧАТАН МОЕЙ ЛИЧНОЙ ПЕЧАТЬЮ»

24 апреля я проводил экспертизу мальчика Алеши Шимко. Было установлено, что причина его смерти - повреждения, полученные в результате ДТП , - рассказывает врач, судебно-медицинский эксперт, заведующий железнодорожным отделением государственного учреждения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Михаил Клейменов . - Но, согласно приказу № 346 N от 12 мая 2010 года, я обязан был провести экспертизу на наличие алкоголя в крови. Поэтому мною были взяты биологические образцы: кровь (два раза) и желчь. Было взято именно два образца крови для разных исследований - один для установления группы, другой - для определения концентрации этилового спирта в крови. Об этом сделаны соответствующие записи в журнале. Далее под моим контролем образцы были помещены в специальные флаконы, а затем и в контейнер для биологических объектов, который опечатан моей личной печатью. И уже 25 апреля контейнер был отправлен в два разных отделения одной лаборатории: судебно-химическое и судебно-биологическое, в Бюро Судебно-медицинской экспертизы в МОНИКи (Московский областной научно-исследовательский клинический институт им. М. Ф. Владимирского - Ред.).

- Кто вез известно? И сколько ехать от вас до лаборатории?

Конечно, все известно и фиксируется до мелочей. В сопроводительных документах указана и должность и ФИО сотрудника полиции, который вез образцы на экспертизу. Ну, а ехать из Железнодорожного где-то чуть больше часа.

- Потом пришли результаты...

Да, результаты исследования были доставлены на бумажном носителе мне в отделение тоже сотрудником. Когда я увидел их, конечно, удивился, что в крови был этиловый спирт в таком количестве - 2,7 промилле, а еще в лаборатории обнаружили и ацетальдегид.

- Что это такое?

Это главный продукт распада алкоголя в организме. Ацетальдегид вырабатывается организмом только при жизни человека.

То есть говорить о том, а такая дикая версия звучала, что алкоголь был залит ребенку в рот после смерти, не приходится?

Именно так. Естественно, у меня возникли сомнения в наличии алкоголя в крови 6-летнего ребенка. Решили провести еще одну проверку - молекулярно-генетическое исследование. То есть провести сравнительную экспертизу тех двух образцов крови (которые отправили в разные отделения лаборатории - Ред.). Результаты показали, что оба образца принадлежат одному и тому же лицу. Для меня все стало очевидно, и я решил поставить точку в исследовании и свою подпись под результатами экспертизы.

«ВОПРОС НАРАСТАНИЯ ПРОМИЛЛЕ ДО КОНЦА НЕ ИЗУЧЕН»

- Сколько именно длились эти исследования?

Такие вопросы задавайте следствию, у них все есть.


- Скажите, мог мальчик выпить лекарство от кашля, например, которое сделано на основе спирта?

Да, алкоголь мог попасть и от алкоголе-содержащих лекарств. Ну а что касается концентрации, тот тут сложно говорить, так как вопрос нарастания промилле при тех или иных обстоятельствах не изучен до конца. Но факт остается фактом. Учитывая и свой опыт и опыт многих россиян, мы знаем, что бывают случаи, когда ребенок пробует алкоголь, но родители об этом не знают. На застолье каком-нибудь рюмку хватает по ошибке или еще как-то.

Получается, подмены биоматериалов на том этапе, за который отвечаете вы, не было. На дальнейших этапах мог произойти подлог?

Чтобы поставить точку в этом споре, считаю что Следственный комитет может назначить экспертизу и сравнить биологические образцы матери и те, которые направлял на исследование я.


- То есть эксгумация не нужна?

Полагаю, что она нецелесообразна. Потому что если совпадут образцы матери и ребенка, то это будет прямое доказательство того, что предыдущая экспертиза верна.

«Я ПОДВЕРГСЯ НАСТОЯЩЕЙ ТРАВЛЕ В ИНТЕРНЕТЕ»

Насколько я знаю, в деле о халатности, возбужденном СК по Московской области, вы проходите свидетелем? Отразилось ли это как-то на вашей работе сейчас?

Я работаю в системе судебно-медицинской экспертизы с 1983 года. У меня большой стаж, я знаю свою работу и все должностные инструкции. Считаю, что и в проведении экспертизы Алеши Шимко я действовал добросовестно и в рамках закона. И поступил не только, как медик, но и как человек, когда засомневался и назначил дополнительную экспертизу. Мне бояться нечего. Да, действительно, в уголовном деле я прохожу сейчас как свидетель. Но кроме неприятностей, связанных с допросами в СК, я подвергся настоящей травле в интернете. Это очень неприятно и как теперь откреститься от всей это грязи, что на меня за эти дни вылили, я пока не знаю.

- Были ли в вашей практике истории, когда в крови маленьких детей находился алкоголь?

Такие истории и в моей, и в мировой судебной практике имеются. Однажды в крови семимесячного ребенка мною был обнаружен этиловый спирт в концентрации - 0,9 промилле. От алкогольной интоксикации младенец скончался. Было установлено, что алкоголь попал в кровь ребенка с молоком матери. Для ребенка, который весил около трех килограммов, 0,9 промилле оказалась смертельной дозой. Между тем, все друзья и знакомые Шимко не верят в то, что мальчик был пьян. Уполномоченная про правам человека в Московской области Екатерина Семенова встретилась с родными Алеши Шимко. Она заявила - хорошая семья, никакими зависимостями не страдает. Но самое главное, был мальчик пьян или нет, в деле о ДТП не играет никакой роли. Вся ответственность за произошедшее лежит на Ольге Алисовой, управляющей автомобилем в тот вечер. В настоящий момент женщине предъявлены обвинения, и она находится под подпиской о невыезде.

Судя по всему, работать дворником, засветившемуся в громком деле «трезвого мальчика», судмедэксперту Михаилу Клейменову не придется. 10 месяцев исправительных работ, которые он получил по приговору Щелковского районного суда, отменены решением вышестоящей инстанции.

13 августа Мособлсуд рассмотрел аппеляцию, которую подал отец погибшего в ДТП Алеши Шимко. Это тот самый шестилетний мальчик , в крови которого экспертиза нашла 2,7 промилле. В апреле 2017-го года вся страна ахнула, как это ребенок мог выпить несколько стопок водки. Родителей мальчика, потерявших единственного сына, поспешили обвинить в спаивании малыша. Их замучили проверками органы опеки, а оказалось, что никакого алкоголя и не было. В суде доказали: во всем виноват медик, делавший экспертизу.


Виновница ДТП Ольга Алисова была приговорена к трем годам лишения свободыФото: Агентство городских новостей "Москва"

Михаила Клейменова признали виновным по статье «Халатность». Правда, умысла в его действиях не нашли. Списали на случайность, мол просто перепутал пробирки. Отсюда и мягкий приговор: 10 месяцев исправительных работ. А теперь и это отменили.

– Заседание длилось каких-то 20 минут. Решение первой инстанции оставили без изменений. И это несмотря на все нарушения. А потом и вовсе огласили, что истек срок давности для исправительных работ. Так что выходит: «гуляй, Вася». Никакого наказания. Почему его сразу не отправили улицы мести, или заборы красить мне никто так и не пояснил. Но рано радоваться! На этом не стоит ставить точку, – рассказал «КП» отец мальчика Роман Шимко.


Как удалось выяснить «КП», Роман планирует обращаться в Верховный суд. По его мнению, изначально следствие выбрало не тот путь и речь идет не о халатности, а о преступном сговоре группы лиц.

– Он действовал по заказу виновницы ДТП . Только ей могла быть выгодна такая липовая экспертиза, – пояснил Роман.

Напомним, гибель шестилетнего мальчика под колесами машины в Балашихе в апреле 2017 года получила широкий общественный резонанс после того, как эксперт выявил в крови ребенка алкоголь. Виновница ДТП Ольга Алисова была приговорена к трем годам лишения свободы.

Щелковский городской суд признал виновным в халатности эксперта Михаила Клейменова, нашедшего алкоголь в крови шестилетнего мальчика, который погиб в ДТП в Балашихе. Клейменова приговорили к 10 месяцам исправительных работ, сообщила официальный представитель .

Как установило следствие, Клейменов, проведя посмертную экспертизу, ненадлежащим образом изъял образец крови погибшего шестилетнего мальчика. В результате в образец попала спиртообразующая микрофлора, которая привела к процессу спиртового брожения. Подобная концентрация алкоголя в крови ребенка наблюдается, если тот при жизни находился в состоянии поверхностной комы — эксперт должен был понимать это и провести дополнительное биохимическое исследование. Петренко пояснила, что в рамках уголовного дела против Клейменова 18 экспертов провели комплексную судебную экспертизу.

«Результаты этой экспертизы подтвердили, что Клейменов нарушил положения действующих нормативных актов в сфере производства судебно-медицинских экспертиз, и его первоначальный вывод о состоянии ребенка в момент дорожно-транспортного происшествия являлся необоснованным», — сказала представитель СКР.

Сам подсудимый свою вину не признал — он настаивал на том, что в крови мальчика в момент ДТП был алкоголь.

Отец погибшего ребенка Роман Шимко после суда рассказал , что Клейменов, несмотря на приговор, был восстановлен в должности. Шимко с решением суда не согласен и намерен обжаловать приговор. Он покинул зал заседания, не дождавшись официального окончания слушания.

«Я больше не участвую в этом фарсе», — сказал отец мальчика перед уходом. За нарушение правил судебного заседания Шимко оштрафовали на 2,5 тыс. руб.

Шестилетний мальчик погиб весной 2017 года в результате ДТП. Водитель Ольга Алисова сбила ребенка насмерть во дворе дома в подмосковном Железнодорожном. Экспертиза выявила в крови погибшего мальчика 2,7 промилле алкоголя - дозу, которую наркологи называют смертельной для ребенка его возраста. После этого дело приобрело резонанс, и была проведена повторная экспертиза. В СК заявили, что первое исследование крови погибшего было проведено с нарушениями — образец крови загрязнили «спиртообразующей микрофлорой», а в крови мальчика при жизни не было алкоголя. В отношении эксперта возбудили дело о халатности.

При этом Шимко уверен, что Клейменов сделал вывод об алкоголе в крови мальчика не из-за халатности, а поскольку состоял в преступном сговоре. В ноябре 2018 года отец мальчика заявил, что Клейменова нужно судить по статье о подлоге, совершенном группой лиц по предварительному сговору. Тогда же он потребовал от Клейменова компенсации в размере 10 млн рублей.

На судебных заседаниях Шимко обращал внимание, что на месте происшествия происходили «какие-то невероятные по меркам Балашихи вещи». Так, несмотря на выходной день, на место ДТП экстренно приехали несколько высокопоставленных сотрудников из Балашихи, Железнодорожного и Москвы. По словам очевидцев, вместо того, чтобы сразу проверить виновницу гибели мальчика на алкоголь и наркотики, они долго совещались, с кем-то созванивались.

Для освидетельствования отвезли не в ближайший наркодиспансер на улице Речная, в 10 минутах езды, а на другой конец города. Кроме того, на месте происшествия так и не появился судмедэксперт, присутствие которого в таких случаях обязательно.

В ноябре 2017 года суд признал Алисову виновной в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека — часть 3 статьи 264 УК РФ.

Судья заявил, что обвиняемая сбила ребенка на скорости не менее 20 км/ч. Ее приговорили к трем годам колонии-поселения.

Кроме того, суд обязал женщину выплатить родителям мальчика 2,5 млн рублей компенсации и 63 тыс. рублей за похороны. После освобождения Алисова не сможет водить машину в течение 2,5 лет.

Прокурор просил суд приговорить Алисову к трем годам . Сама подсудимая вину не признала, заявив, что в момент ДТП была трезва и ехала не быстрее 20 км/ч по двору, а после наезда на ребенка вызвала «скорую».

«Исходя из правил ПДД, пешеходы вне перехода не должны создавать помех в движении транспортных средств. Ну а за поведение ребенка, согласно Семейному кодексу, несут ответственность родители. В данном случае мальчик был лишен защиты и присмотра», — заявила она в финальном выступлении в суде. Алисова никак не прокомментировала тот факт, что ДТП произошло на территории двора, где действуют другие правила.

Он также просила суд в случае признания ее вины назначить ей условное наказание с отсрочкой до совершеннолетия ее дочери или заменить колонию общего режима на колонию-поселение.

Напомним, патологоанатом Михаил Клейменов весной 2017 года нашел 2,7 промилле алкоголя в крови сбитого Ольгой Алисовой прямо в своем дворе Алеши. Такое количество должно было отправить ребенка в кому, но вместо этого шестилетний мальчик спокойно гулял во дворе.

Отец мальчика считает данный приговор чересчур мягким, так как, отбыв срок, эксперт сможет вернуться к своей профессиональной деятельности.

Мы будем обжаловать не только приговор, - говорит Роман Шимко. - Есть вопросы и ко всему судебному следствию, которое можно назвать только одним словом «беспредел». Представьте, я заболел и пропустил три заседания, за них судья успела рассмотреть 8 томов дела! Хотя ранее мы за пять заседаний рассмотрели менее трех. Решение по моему иску о моральной компенсации также было принято в мое отсутствие. О том, что будет оглашаться приговор, меня и вовсе не предупредили. Далее мы пойдем в областной суд и, если до этого дойдет, ЕСПЧ.

Действительно, некоторые вопросы к судмедэксперту так и повисли в воздухе. Так, например, история с дипломом о высшем образовании медика не получила завершения. Напомним, в материалах, обнародованных в СМИ, вскрылись нестыковки в биографии Клейменова. В его характеристике в уголовном деле был заявлен диплом о получении высшего образования, который, судя по дате выдачи, достался ему… в 16 лет! Оригинал этого необыкновенного документа защитник Клейменова, адвокат Борис Асриян, несколько заседаний назад передал судье, наотрез отказавшись продемонстрировать его как слушателям, так и потерпевшей стороне. Судья Елена Петрова пообещала продемонстрировать диплом на рассмотрении дела по существу. Но, как пояснил Шимко, тот самый злополучный диплом судмедэксперта так и не был показан. По данным потерпевшего, Клейменов ушел со второго курса медицинского университета, никаких документов о его восстановлении или зачеток, свидетельствующих о его обучении на более старших курсах, Шимко также не увидел.

Остался недоволен Шимко и допросом главного свидетеля по делу о ДТП во дворе Балашихи - виновной Ольги Алисовой.

Сначала ее очень долго везли из колонии в Саратовской области, где она отбывает наказание, - продолжает Роман. - Складывалось ощущение, что ее готовят к разговору со мной. Когда же Алисову наконец-то спустя пару месяцев доставили в суд, то большая часть моих претензий была судьей отклонена.

Уже традиционно сам Клейменов от дачи каких-либо комментариев отказался и спешно покинул зал заседаний.

Пока мы живы, мы можем выбрать себе врача, когда мы умираем, то ложимся к этим страшным людям на стол. Поймите, вопрос не в споре Клейменов-Шимко, таких судмедэкспертов не должно быть вообще, подобные люди должны знать, что если они выполняют заказ, расплата придет, - заключил Роман Шимко.