Юридический портал о недвижимости

Юридический портал о недвижимости

» » Развитие гражданского права российской федерации. Концепция развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе. осуществление и защита гражданских прав

Развитие гражданского права российской федерации. Концепция развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе. осуществление и защита гражданских прав

На официальном сайте Высшего Арбитражного Суда РФ появилась информация о завершении подготовки отдельных частей проекта Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации. Любители сенсаций поспешили объявить чуть ли не о грядущей революции в этой сфере. О чем же на самом деле идет речь? Попробуем разобраться.

  • Думать о России с оглядкой на Запад

Первые две части Гражданского кодекса РФ принимались в сложный период перехода России к рыночной экономике. Как отмечают разработчики Кодекса, при отсутствии долгосрочных прогнозов работать приходилось «на ощупь», вспоминая дореволюционный опыт и изучая законодательство развитых стран. Особое влияние на него оказало германское гражданское законодательство, относящееся к так называемой системе континентального права. Несмотря на последующие упреки практиков и теоретиков, следует признать, что Гражданский кодекс РФ в основном выдержал испытание временем. Между тем правоприменительный опыт выявил проблемы, которые уже невозможно решать незначительными поправками, периодически вносимыми в него и другие правовые акты гражданского законодательства.

Поводом для разработки вышеупомянутой Концепции послужил Указ Президента РФ от 18.07.2008 № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации», определивший, в частности, такие цели, как:

* дальнейшее развитие основных принципов гражданского законодательства России, соответствующих новому уровню развития рыночных отношений;
* отражение в Гражданском кодексе РФ опыта его применения и толкования судом;
* сближение положений ГК РФ с правилами регулирования соответствующих отношений в праве ЕС;
* использование новейшего положительного опыта модернизации гражданских кодексов ряда европейских стран.

Как видим, ни о какой «революции» речь не идет. Такой же вывод следует из анализа проектов разделов Концепции. В данном случае уместно говорить именно о модернизации российского гражданского законодательства. Обсудим некоторые предлагаемые новеллы, обращая внимание на существующие проблемы.

  • Свободе договора – добрую совесть

Гражданский кодекс РФ упоминает о добросовестности. Однако в ст. 1 Кодекса, определяющей основные начала гражданского законодательства, это понятие отсутствует. И зря, полагают разработчики Концепции. Они отмечают, что развитие рынка невозможно без укрепления начал автономии воли сторон и свободы договора участников оборота. Однако неограниченная свобода в достижении эгоистических интересов таит в себе способность дестабилизации, на которую не рассчитывает добропорядочное большинство. Поэтому принцип добросовестности должен быть сформулирован в качестве общего начала российского гражданского права таким образом, чтобы его действие пронизывало все элементы правовой системы. Это позволит судам более эффективно защищать интересы лиц, контрагенты которых лишь формально следуют закону. Именно по такому пути пошло международное частное право. С этим трудно не согласиться. Главное, чтобы суды не стали искать подвохи там, где их нет.

  • Восстановить первенство

Авторы Концепции обращают внимание на утрату Гражданским кодексом РФ позиции базового документа в отношении определения статуса юридических лиц. Речь идет, в частности, о некоммерческих организациях, правовое положение и особенности которых регулируются множеством отдельных законов, в том числе низкого уровня разработки. В качестве примера приводится Федеральный закон от 15.04.98 № 66‑ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан». Предлагается полностью урегулировать в Гражданском кодексе РФ статус некоммерческих организаций как юридических лиц, сохранив в отдельных законах лишь отсылки к нормам данного Кодекса. При этом Федеральный закон от 12.01.96 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» должен утратить силу.

Существует и иная проблема: большинство вышеуказанных организаций являются некоммерческими только номинально, поскольку активно занимаются предпринимательской деятельностью.

  • Земельные казусы

В настоящее время невозможно определить правовой режим находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков, на которых расположены здания, в период с момента регистрации права собственности на помещения в таких зданиях и до оформления прав на участок, занятого недвижимостью. Это приводит к многочисленным злоупотреблениям со стороны официальных органов, которые распоряжаются участками по своему усмотрению, в том числе допуская так называемую точечную застройку. В данном случае необходимо определить гражданско-правовые способы защиты собственников помещений от подобных действий.

Следует также отметить проблему неоправданного «разброса» положений о земле как объекте недвижимости по другим кодексам – Земельному, Водному и Лесному. Все, что связано с оборотом земельных участков, должно быть сосредоточено в Гражданском кодексе РФ.

  • В поле зрения – ценные бумаги

Говоря о разделе проекта Концепции, касающегося ценных бумаг, отметим указание на необходимость провести ревизию соответствующих норм, содержащихся в различных разделах Гражданского кодекса РФ. Речь идет об изъятии дублирующих положений и устранении противоречий. Подлежат также переработке нормы главы 7 данного Кодекса, определяющие общие правила оборота ценных бумаг. Такая же работа должна быть проведена и в отношении норм о ценных бумагах, закрепленных в иных законах.

Теперь о так называемой секьюритизации. Имеются в виду сделки, которые позволяют финансировать или рефинансировать активы юридических лиц, приносящих доход, и связанные с ними риски посредством их преобразования в торгуемую форму путем выпуска или выдачи ценных бумаг. В России без существенных рисков возможна только секьюритизация прав требований по ипотечным кредитам.

Чрезмерное увлечение такими рисковыми сделками в США и стало одной из причин мирового кризиса. Тем не менее не предполагается, что они будут запрещены. Авторы Концепции отмечают, что при совершенствовании гражданского законодательства в этой сфере необходимо предоставить юридическую возможность секьюритизации, которая обеспечивается правами требования. Вместе с тем следует вводить специальные положения, которые снижали бы риски эмитента и участников рынка, приобретающих ценные бумаги. Можно, в частности, установить четкие критерии оценки качества прав требований.

Обсуждаемая Концепция должна быть разработана до 1 июня 2009 г. А проекты федеральных законов планируется подготовить в 2009–2010 гг.

Вышеупомянутый Указ возлагает обязанность по разработке Концепции на Совет по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства и Исследовательский центр частного права при Президенте РФ. При этом предусматривается публичное обсуждение готовящихся изменений.

КОНЦЕПЦИЯ РАЗВИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

I . ВВЕДЕНИЕ

1. Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации (Концепция) подготовлена на основании Указа Президента Российской Федерации от 01.01.01 года № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации».

2. Концепция исходит из того, что за время, прошедшее с начала 90-х годов прошлого столетия, в России, в основном, сложилось экономически, социально и логически обоснованное и в целом оправдавшее себя современное гражданское законодательство. Основой и ядром этого законодательства стал Гражданский кодекс Российской Федерации 1г. (Гражданский кодекс, ГК) – система принципиальных и наиболее важных правовых норм , являющихся в значительной части общими для всего гражданского законодательства, и в определенной части – для российского законодательства вообще (нормы о субъектах гражданского права, о собственности, о защите нематериальных благ и др.).

Гражданский кодекс России прошел проверку временем, обширной практикой применения (прежде всего, судами) и объективной доктринальной оценкой. Интересы стабильности гражданско-правового регулирования и устойчивости экономических отношений и гражданского оборота в стране требуют поддержания основополагающей роли ГК в системе гражданского законодательства и бережного сохранения на будущее большинства его норм. Поэтому Концепция не предполагает ни новую кодификацию отечественного гражданского законодательства, ни даже подготовку новой редакции ГК.

3. Вместе с тем, с начала 90-х годов, когда стало создаваться действующее гражданское законодательство и когда была разработана и принята определяющая его принципиальное содержание часть первая ГК (1994 г.), в стране произошли важные экономические и социальные преобразования, не получившие должного отражения в этом законодательстве.

В годах Россия еще только встала на путь создания частной собственности и рыночной экономики, и хотя из гражданского законодательства было устранено все, что воплощало планово-административную регламентацию имущественных отношений, такое их регулирование, которое в полной мере отвечало бы потребностям социального государства с развитой рыночной экономикой, тогда еще не могло быть создано. В особенности это сказалось на регулировании отношений, образующих статику гражданского оборота, составляющих как бы «матрицу» для его динамичного развития – на определении организационно-правовых форм и статуса юридических лиц, видов и содержания вещных прав на имущество. Практически вне ГК, по прежней «советской традиции» находится регулирование гражданско-правовых отношений по поводу имущества, составляющего основу гражданского оборота – земли и других природных ресурсов. Притом регулирование это оказалось весьма запоздалым и несовершенным: первый Земельный кодекс Российской Федерации был принят только в конце 2001 года и за прошедшие 7 лет почти 40 раз подвергался серьезным изменениям.

Многочисленные, в том числе серьезные экономические правонарушения на стадии становления рыночной экономики, часто совершающиеся под прикрытием норм гражданского права, выявили недостаточную для новых условий завершенность в законе ряда классических гражданско-правовых институтов, таких как недействительность сделок, создание, реорганизация и ликвидация юридических лиц, законные проценты, уступка требований и перевод долга , залог и др.

В условиях демократического правового государства свобода и многовариантность экономического поведения участников гражданского оборота с самого начала предопределили в новом гражданском законодательстве России многообразие опосредующих этот оборот правовых норм и используемых в нем правовых средств. Однако в последующие годы обширная практика применения этого законодательства судами показала, что многие общие положения ГК нуждаются в дополнениях и детализации, отсутствие которых не может быть восполнено судебным толкованием.

Кроме того, интенсивное развитие экономики вообще и финансового рынка в особенности требует адекватного этому развитию регулирования ценных бумаг и финансовых сделок. Научно-технический прогресс вообще и непрерывно нарастающие возможности использования информационно-телекоммуникационных сетей в частности, диктуют необходимость постоянного совершенствования законодательства о правах на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальных правах). Активные и результативные усилия, предпринятые в последние годы в рамках Европейского Союза по развитию коллизионного права, побуждают к сопоставимым изменениям отечественного международного частного права.

4. Сказанным определяются основные цели и соответствующие этим целям основные направления развития российского гражданского законодательства, предусматриваемого Концепцией. В основу формирования этих направлений в Концепции положено выявление и обобщение многочисленных конкретных потребностей совершенствования гражданского законодательства. При этом главная роль в реализации таких направлений в Концепции отводится модернизации Гражданского кодекса, прежде всего, его первой части как закона, определяющего предмет и принципы гражданского права и устанавливающего общие и наиболее важные правила гражданско-правового регулирования. На базе и с учетом предлагаемых в ГК изменений в Концепции намечен ряд серьезных изменений других федеральных законов, в том числе путем преобразования правовых институтов и отдельных отраслей законодательства.

Такой подход соответствует Указу Президента Российской Федерации от 01.01.01 года, предусматривающему разработку на основе Концепции в годах законопроектов о внесении изменений в Гражданский кодекс (пункт «а» статьи 3). Вслед за этим, в течение годов следует проделать большой объем работы по приведению в соответствие с Концепцией и с вытекающими из нее изменениями ГК обширного массива российского законодательства.

5. К настоящему времени назрела необходимость внесения в ГК двух принципиальных изменений системного характера.

В круг отношений, регулируемых гражданским законодательством и определяющих его предмет (статья 2 ГК), следует включить корпоративные отношения . Этим, в известной мере условным, названием охватывается уже достаточно четко обособившаяся группа интенсивно развивающихся отношений по созданию юридических лиц корпоративного типа, участию в них и связанным с таким участием обязательствам. Определение корпоративных отношений в качестве особого предмета гражданско-правового регулирования будет способствовать выявлению стабильных закономерностей их регулирования и дальнейшей кристаллизации этих закономерностей в виде соответствующих общих норм гражданского законодательства.

В не меньшей степени необходимо создание в ГК комплекса взаимосвязанных институтов вещного права , имеющих своей основой право собственности и объединенных развернутой системой общих норм вещного права. Несмотря на то, что в условиях демократического общества, развитого рынка и правового государства эти институты должны составлять основу и ядро стабильности гражданского права, в действующем законодательстве многие из них отсутствуют, а другие лишь намечены «пунктирно» с серьезными при этом искажениями. В отличие от большинства развитых западных правопорядков в российском законодательстве не создана система стабильных вещных прав на землю и другие природные ресурсы. Реализация Концепции должна привести к ее созданию, что повлечет перераспределение соответствующего нормативного материала между ГК и комплексными законами природоресурсного законодательства.

6. Развитие экономики и становление гражданского общества требуют использовать все возможные меры и средства гражданского законодательства, чтобы обеспечить добросовестное и надлежащее осуществление гражданских прав и исполнение гражданских обязанностей.

С этой целью в Концепции предлагается широкий спектр мер, направленных на укрепление нравственных начал гражданско-правового регулирования - введение в гражданское законодательство принципа добросовестности в качество одного из наиболее общих и важных принципов гражданского права, конкретизацию лишаемых правовой защиты «иных форм злоупотребления правом», введение в ГК института преддоговорной ответственности по принципу culpa in contrahendo, существенная модификация многих норм о недействительности сделок и др.

Этой же цели должны служить многочисленные намеченные в Концепции шаги по усилению и повышении эффективности гражданско-правовой ответственности . В числе многих предложенных в Концепции с этой целью мер введение солидарной ответственности лиц, составляющих орган юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК), возможность «снятия корпоративных покровов» по статье 56 ГК независимо от наступления несостоятельности юридического лица, установление ответственности юридического лица за несвоевременную и ненадлежащую актуализацию данных в Едином реестре юридических лиц, значительное усиление ответственности банков за ненадлежащее осуществление расчетов, ответственность без вины за передачу поддельной ценной бумаги, и др.

Концепция содержит также ряд положений об усилении компенсаторной функции гражданского законодательства , значение которой выходит за рамки гражданско-правовой ответственности и которая направлена, главным образом, на поддержание стабильного гражданского оборота. С этой целью предусмотрено введение общих правил об исчислении и возмещении «абстрактных убытков», о случаях и условиях компенсации правомерно причиненных убытков, и др.

7. Центральное место в Концепции занимают положения, предусматривающие для развития и эффективного функционирования экономики дальнейшее детальное развитие гражданского законодательства , путем восполнения обнаружившихся в нем пробелов, превращения в общие нормы (генерализации) ряда имеющихся частных правил, пополнения законодательства новыми институтами, уточнения норм, допускающих неоднозначное толкование.

Так, ряд новых для действующего законодательства вещных прав предлагается ввести в раздел II ГК. Предусматривается пополнение ГК правилами о публичных акционерных обществах , нормами о возможности и последствиях оспаривания незаконной реорганизации юридических лиц, системой норм о бездокументарных ценных бумагах, о залоге прав по договору банковского счета и вклада, о «металлических счетах» и договоре вклада драгоценных металлов и т. д.

Особо важными для развития гражданского законодательства являются положения Концепции, предусматривающие создание в ГК новых общих правил либо придание более широкой сферы действия нормам, уже установленным ранее в ГК для отдельных видов отношений. По существу должны быть заново созданы и помещены в ГК общая часть вещного права, общие нормы о государственной регистрации имущественных прав , о ценных бумагах и об их обращении. Подлежат превращению в общие нормы многие правила, пока специально установленные только для АО или только для ООО, нормы, пока предназначенные только для ипотеки, уже упоминавшееся правило об «абстрактных» убытках, действующее пока лишь для отношений по поставке, и многие другие специальные правила гражданских законов.

Весьма значительной и, часто, скрупулезной детализации Концепция предлагает подвергнуть многие нормы общей части обязательственного права. Почти все предложения на этот счет, содержащиеся в Концепции, представляют собой выводы из анализа обширнейшей практики применения соответствующих норм арбитражными судами либо заимствование удачных решений, найденных при кодификации принципов договорного права в рамках УНИДРУА, в Европейском Союзе.

8. В Концепции предлагается несколько по иному взглянуть на соотношение частных и публичных элементов в гражданском праве. Поиск баланса между указанными элементами характерен для всей истории развития гражданского права. Концепция предлагает свое видение этого баланса, основанное на достижениях европейской доктрины частного права и учитывающее отечественные реалии, которые отражаются в судебной практике.

В ряде случаев предлагается отказаться от публичных элементов регулирования в пользу частноправовых подходов. Таковы предложения об отказе от санкции конфискационного характера, содержащейся в статье 179 ГК, и об ограничении сферы применения аналогичной санкции для противонравственных сделок (статья 169 ГК). Сюда же относятся правила, допускающие соглашения участников хозяйственных обществ. На это направлено и ограничение круга ничтожных сделок, смещение акцента на оспоримость сделок, когда лишение их юридической силы зависит от частной воли участников правоотношения.

Однако это не означает, что Концепция ориентирована только на усиление частноправовой составляющей. В общих интересах всех участников гражданского оборота, в интересах общества в целом влияние государства и как законодателя, и как судебной власти на содержание и состояние гражданского правопорядка в стране должно быть значительно усилено. По целому ряду вопросов предлагается ужесточение регулирования, придание ему большей императивности. Особенно это проявляется в вещном и корпоративном праве. Предлагаемая защита владения, четкие правила о способах защиты вещных прав и иные предложения по проблемам вещных прав направлены, прежде всего, на создание системы регулирования, в которой свобода усмотрения сторон ограничивается в интересах стабильности оборота и предсказуемости принадлежности правовых благ. В корпоративном праве предлагается ужесточить требования к регистрации юридических лиц, требования к видам и размеру вкладов в уставный капитал, допустить использование корпоративных форм, ограничивающих ответственность учредителя по долгам юридического лица, лишь при условии существенного вклада учредителя в уставный капитал.

При этом Концепция исходит в целом из того, что гражданское право является правом частным, и частноправовой метод регулирования должен в нем преобладать, что не исключает применения средств воздействия публичного (административного, уголовного) права, предусмотренных соответствующим законодательством.

9. В особое направление предлагаемого Концепцией развития гражданского законодательства можно выделить те ее положения, непосредственной целью которых является обеспечение стабильности гражданско-правового регулирования и устойчивости гражданского оборота.

Ряд таких положений Концепции направлен на упорядочение системы гражданского законодательства. Предлагается в принципе отказаться от «трехуровневой» системы гражданских законов, когда между ГК и развивающими его специальными законами предполагается создать «прослойку» в виде законов общего характера (о реорганизации юридических лиц, о собственности и т. п.). Необходимо сократить число законов об отдельных видах юридических лиц путем консолидации ряда таких законов (законов об АО и об ООО, законов о кооперативах) или даже полной отмены некоторых законов с перенесением отдельных норм в ГК (многие законы о некоммерческих организациях). Надо упорядочить образовавшееся в законодательстве нагромождение плохо согласованных норм о залоге, необходимы существенные исправления на уровне «юридической азбуки» в законодательстве о железнодорожном и внутреннем водном транспорте .

При совершенствовании ГК и других актов гражданского законодательства необходимо обратить внимание на четкость и ясность используемых правовых конструкций. Так, можно без ущерба для дела упразднить конструкцию ЗАО, целесообразно установить исчерпывающий перечень организационно-правовых форм некоммерческих организаций, в анализе и коррекции нуждаются такие организационно-правовые формы юридических лиц как «госкорпорация » и «госкомпания».

10. При реализации Концепции все вытекающие из нее шаги по изменению ГК и других актов гражданского законодательства должны делаться таким образом, чтобы не создавать для участников гражданского оборота неоправданных препятствий и трудностей в их деятельности, осуществлении ими своих прав и исполнении обязанностей. Для воплощения новых норм в жизнь должны быть разработаны переходные положения, обеспеченные необходимыми гарантиями, в том числе значительными переходными периодами.

II . ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1. Гражданское законодательство

1.1. В современном гражданском праве особое значение для его эффективного и единообразного применения приобретают принципы, на которых основана система гражданского права.

В ГК отсутствует указание на такой общий принцип гражданского права как добросовестность . Встречающиеся в ГК указания на добросовестность поведения субъектов отдельных правоотношений недостаточны для эффективного правового регулирования.

Принцип добросовестности должен распространяться на действия (поведение) участников оборота при: а) установлении прав и обязанностей (ведение переговоров о заключении договоров и т. д.); б) приобретении прав и обязанностей; в) осуществлении прав и исполнении обязанностей; г) защите прав. Принципу добросовестности должна подчиняться и оценка содержания прав и обязанностей сторон.

1.2. С точки зрения предмета гражданского законодательства необходимо включить в пункт 1 статьи 2 ГК еще одну группу отношений, регулируемых гражданским законодательством, а именно корпоративные отношения , под которыми следует понимать отношения, связанные с «правом участия» в корпорации, а также соответствующие обязательственные отношения между учредителями (участниками) и корпорацией.

Нормы, регулирующие корпоративные отношения, могут также применяться на субсидиарной основе и к юридическим лицам некорпоративного типа, если иное не вытекает из существа таких отношений.

1.3. В статье 5 ГК в качестве источника гражданского права назван обычай делового оборота. Между тем обычай широко применяется не только в предпринимательской деятельности , например, в отношениях, связанных с определением гражданами порядка пользования общим имуществом. В статью 5 ГК необходимо внести соответствующие дополнения.

2. Возникновение гражданских прав и обязанностей,

осуществление и защита гражданских прав

2.1. Важную роль, связанную с укреплением гражданских прав и обязанностей, приданием им открытого характера, выполняет институт государственной регистрации . Регистрация в ряде случаев является одним из элементов возникновения гражданских прав и обязанностей.

В ГК целесообразно включить общие положения о государственной регистрации имущественных прав, единые для различных объектов, в отношении которых предусмотрена правоустанавливающая (не учетная) регистрация, установив, в частности принципы регистрации: проверки законности оснований регистрации, публичности реестра, презумпции его достоверности; правило о том, что право возникает с момента регистрации права в реестре. Особенности регистрации (прежде всего, процедурные) могут быть установлены специальными законами, относящимся к отдельным видам имущества.

Применительно к регистрации прав на недвижимое имущество в настоящее время регистрации подлежат не только имущественные права, но и некоторые сделки с указанным имуществом. Целесообразно устранить указанное смешение различных систем регистрации и перейти на подлинную систему регистрации прав.

2.2. Целесообразно воспринять опыт судебной практики и детализировать в статье 10 ГК понятие иных форм злоупотребления правом , отнеся к их числу заведомо или очевидно недобросовестное поведение субъекта права, действия в обход закона (императивных норм) и т. п. Эта статья ГК может быть также дополнена положением о том, что никто не может извлекать выгоды из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В случае несоблюдения правил о недопущении злоупотребления правом, лицо, потерпевшее от такого злоупотребления, должно иметь право на возмещение причиненных ему убытков в порядке, предусмотренном статьями 15, 1064 ГК.

2.3. В законодательном порядке следует урегулировать основания и порядок возмещения (компенсации), выплачиваемого за ущерб личности или имуществу, причиненный правомерными действиями , когда закон предусматривает такое возмещение.

3. Объекты гражданских прав

3.1. Существенная проблема связана с понятием вещи, состоящей из частей, которые в свою очередь могли бы являться самостоятельными вещами. В отечественном законодательстве отсутствуют известные зарубежным правопорядкам правила, закрепляющие критерии, при которых включение одной вещи в состав другой вещи может означать потерю качеств самостоятельного объекта прав у первой из них.

Предлагается дополнить статью 133 ГК о неделимой вещи правилами, определяющими правовой режим составной части сложной вещи . Такой составной частью вещи целесообразно считать все то, что относится к ее составу согласно представлениям участников гражданского оборота и не может быть отделено от вещи без ее разрушения, повреждения или изменения ее функционального назначения. В качестве дополнительного критерия должен быть предусмотрен подход, согласно которому временное соединение вещей не должно образовывать единой сложной вещи и прекращать права на соединенные вещи. Замена одних составных частей вещи другими не влечет возникновения иной вещи, поскольку сохраняются существенные свойства вещи.

Вслед за введением понятия составной части сложной вещи необходимо урегулировать следующие отношения:

– право собственности на вещь, включаемую в качестве составной части в иную (основную) вещь, должно прекращаться без правопреемства. Лицо, чье право собственности прекратилось, вправе требовать компенсации потерь от собственника новой (основной) вещи, если иное не предусмотрено законом;

– с прекращением права собственности на вещь должны прекращаться иные вещные права на нее, включая право залога; в целях защиты интересов залогодержателя законодательно может быть предусмотрено, что вместо вещи предметом залога признается право требования, возникшее у залогодателя к собственнику новой вещи;

5.2.3. Поскольку сделки, совершаемые органами юридического лица и представителями, намеренно причиняющими ущерб представляемым, получили в обороте широкое распространение, законодательно следует предпринять меры борьбы с этим явлением.

Для того, чтобы не допустить злоупотреблений представителями, необходимо совершенствование составов оспоримых сделок, предусмотренных статьями 174, 179 ГК.

5.2.4. Целесообразно уточнить критерии, используемые в законе для отнесения заблуждения лица, совершившего сделку, к заблуждениям, имеющим существенное значение и позволяющим оспаривать сделку на основании статьи 178 ГК.

5.2.5. Следует дополнить статью 179 ГК положениями, регулирующими отношения сторон по сделке в случаях обмана, исходящего от третьего лица . В подобных случаях оправдано признавать сделку недействительной по иску обманутого лица лишь при условии, что другая сторона, а также лицо, к чьей пользе обращена односторонняя сделка, знает или должно знать о состоявшемся обмане.

5.2.6. В отношении кабальных сделок статью 179 ГК необходимо дополнить опровержимой презумпцией крайней невыгодности сделки для стороны, попавшей в затруднительное положение. Согласно такой презумпции сделка может считаться совершенной на крайне невыгодных условиях, если цена, процентная ставка или иное встречное предоставление, получаемое или передаваемое потерпевшей стороной, в два или более раза отличается от предоставления другой стороны.

5.2.7. Из статьи 179 ГК должны быть исключены положения о специальных конфискационных последствиях недействительности сделок по основаниям, предусмотренным данной статьей (изъятие в доход государства).

Вместо них могут быть предусмотрены гражданско-правовые меры реагирования, например, правила о возложении на виновную сторону риска гибели предмета сделки до момента ее оспаривания.

6. Представительство

6.1. Положения ГК о представительстве в основном ориентированы на регулирование добровольных полномочий. Полномочия, основанные на законе или акте органа власти , лишь упоминаются, но подробно не регулируются. Между тем в обороте их значение постоянно возрастает.

Полномочия родителей на совершение сделок от имени несовершеннолетних детей и полномочия опекунов также нуждаются в более детальном регулировании. Данная работа может быть проведена в рамках совершенствования семейного законодательства.

Проблемы, порождаемые практикой применения законодательства о недвижимом имуществе, привели к тому, что появилась необходимость существенного изменения гражданского законодательства, касающегося этой сферы общественных отношений.

На основании инициативы Исследовательского центра частного права Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства была создана рабочая группа, в состав которой вошли известные специалисты в области гражданского права - В.В. Витрянский (председатель), В.М. Жуйков, А.А. Завьялов, А.А. Иванов, О.М. Козырь, А.А. Маковская, А.Л. Маковский, В.И. Сенчищев, Е.А. Суханов, Н.В. Сучкова, В.В. Чубаров. Рабочая группа разработала Концепцию развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе, которая была принята на заседании указанного Совета 15 декабря 2003 г.

В рамках разработки Концепции рабочая группа стремилась предложить на основе сложившейся правоприменительной практики комплексные решения, направленные на устранение противоречий в различных законодательных актах о недвижимости, а также Гражданского кодекса РФ и других законов, на совершенствование правового регулирования оборота недвижимого имущества1).

Первая часть посвящена совершенствованию норм гражданского законодательства о недвижимых вещах как объектах гражданского оборота и, в свою очередь, состоит из трех разделов:

Общие положения о недвижимых вещах;

В этом раздели предлагают ввести в ст. 244 ГК РФ норму, которая бы ограничивала возможность собственника выделять с целью последующего отчуждения долю в праве собственности, которая по своим размерам не соответствует установленной законом норме (жилой площади, земельного участка и т.п.) либо иным образом не соответствует принципу жизнеспособности выделяемой доли. На случаи возникновения права общей собственности помимо воли собственника (наследование по закону и т.п.) ограничение распространяться не должно, т.к. злоупотребление собственником своим правом в этих случаях отсутствует1).

Регулирование оборота земельного участка и расположенных на нем иных объектов недвижимого имущества;

В данном раздели утверждается что в настоящее время в гражданском законодательстве необходимо последовательно проводить принцип "единой судьбы" земельного участка и расположенных на нем иных объектов недвижимого имущества посредством создания такого правового регулирования, при котором собственник здания обязательно должен иметь право пользования земельным участком, на котором расположено это здание, в рамках какого-либо вещного или обязательственного института, а если собственник здания и собственник земельного участка совпали в одном лице, их "разделение" в последующем не допускается (за исключением случаев, прямо установленных в законе: изъятие земельного участка для государственных или муниципальных нужд будет сопровождаться выкупом расположенных на нем зданий только в том случае, когда использование земельного участка в целях, в которых он изымается, невозможно без прекращения права собственности на здание (п. 1 ст. 239 ГК РФ); в случае, когда здание находится на земельном участке, изъятом из гражданского оборота, оно все же может быть отчуждено и новый собственник здания приобретет другое, отличное от права собственности, право на земельный участок (п. 4 ст. 35 ЗК РФ).


Реализация принципа "единой судьбы" земельного участка и расположенного на нем здания (сооружения) потребует ускорения осуществления мероприятий по созданию и ведению земельного кадастра (составление кадастровых планов земельных участков и т.п.). Такие мероприятия и в настоящее время должны осуществляться с максимально возможной скоростью, поскольку ЗК РФ установил, что объектом такой сделки, как купля-продажа, могут быть только земельные участки, прошедшие государственный кадастровый учет, а также то, что заключению как договоров купли-продажи, так и договоров аренды земельных участков должно предшествовать предоставление кадастровой карты (плана) земельного участка.

Специальные положения об отдельных видах недвижимого имущества.

Согласно концепции изменения должны быть внесены и в ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)". В частности, норма п. I ст. 65 Закона о том, что на возводимые на заложенном земельном участке здания или сооружения право залога не распространяется, должна быть заменена на прямо противоположную. Согласно этой норме ипотека земельного участка одновременно должна означать ипотеку возводимых на нем зданий и сооружений. Договор ипотеки земельного участка (прав на земельный участок), заключенный отдельно от договора ипотеки строящегося на нем здания или сооружения, как и ипотека строящихся зданий или сооружений, не включающая в себя ипотеку земельного участка (прав на земельный участок), должны считаться недействительными и др.

Во второй части речь идет о проблемах государственной регистрации прав на недвижимое имущество и формы сделок с ним. В этой части также три раздела:

Правовое значение государственной регистрации;

Предмет государственной регистрации;

Основное предложение по совершенствованию законодательства в этой области заключается в утверждении правила, согласно которому государственной регистрации может быть подвергнуто только право на недвижимую вещь, с исключением из предмета регистрации сделок с недвижимыми вещами. Должна быть упразднена ГР двух- и многосторонних сделок с недвижимостью (договоров). Такое исключение оправдывается явной избыточностью регистрации и прав, и сделок одновременно, а также тем, что с позиции соответствия принципу публичной достоверности допущение регистрации сделок не является необходимым.

Форма и государственная регистрация сделок с недвижимым имуществом.

Согласно концепции было бы целесообразно ввести обязательную нотариальную форму сделок с недвижимым имуществом с участием физических лиц и доверенностей по распоряжению недвижимым имуществом. Введение обязательной нотариальной формы сделок и доверенностей с недвижимым имуществом будет способствовать обеспечению достоверности возникновения прав и обязанностей сторон сделки, подтверждения подлинного волеизъявления участников гражданских правоотношений, реализации государством конституционного права граждан на получение квалифицированной юридической помощи (в том числе в определенных случаях и бесплатно), снижения риска заключения незаконных сделок, защиты прав добросовестного приобретателя, освобождения бюджета от бремени расходов по возмещению вреда вследствие регистрации прав на основании незаконной сделки1).

Третья часть именуется "Порядок государственной регистрации прав на недвижимое имущество" и состоит из двух разделов:

Структура органов, осуществляющих государственную регистрацию прав, их функции и статус работников;

В этом раздели отмечается что сложившаяся система нуждается в совершенствовании путем приведения ее в соответствие с требованиями современного законодательства. Предлагается сформировать систему федеральных органов на основе действующих учреждения юстиции, БТИ и органов кадастрового учета для осуществления функций по техническому (кадастровому) учету и Государственной регистрации прав на объекты недвижимого имущества, а также иных функций, возложенных на них действующими нормативными актами. Система таких органов включает в себя федеральный орган исполнительной власти и систему УЮ в субъектах РФ, создаваемых по принципу одно учреждение в крупных субъектах, а для малочисленных субъектов с малым числом объектов недвижимого имущества допускается создание межсубъектных учреждений. Сами учреждения юстиции размещают свои территориальные структуры в соответствии с распределением населения на территории субъектов РФ.

Требования, предъявляемые к Единому государственному реестру прав на недвижимое имущество и сделок с ним, порядку его ведения.

Разработчики концепции утверждают что в настоящие время необходимо установить жесткую последовательность заполнения реестра. Следует установить правило о том, что все разделы реестра заполняются строго последовательно. Необходимо решить вопрос о внесении записей о правах, возникших до введения процедуры ГР прав на недвижимые вещи.

Необходимо установить срок для внесения таких записей и, вероятно, пониженную ставку государственной пошлины (или предусмотреть вообще освобождение от таковой).

Также целесообразно установить обязанность по внесению записей относительно всех ранее возникших прав в течение некоего определенного срока, по истечении которого внесение записей о таких правах может быть осуществлено только после подтверждения их судом.

Процедура регистрации должна носить универсальный характер и, поскольку при регистрации любого права одной из сторон договора данному действию, как правило, соответствует прекращение правомочия другой стороны, предлагается осуществлять регистрацию на основании заявлений обеих сторон, за исключением регистрации на основании судебных актов, что не исключает юридической экспертизы основания для регистрации.

Из вышесказанного важно отметить, что реализация изложенных идей требует не механического наращивания массива законодательных актов, регламентирующих оборот недвижимости, а изменения их качества.


В.Ф.Яковлев
Председатель Совета
при Президенте Российской Федерации
по кодификации и совершенствованию
гражданского законодательства,
член-корреспондент РАН, профессор

О Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации


Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации * подготовлена Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства. Содержание Концепции предопределено целями ее разработки, которые были определены Указом Президента Российской Федерации от 18 июля 2008 года N 1108 "О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации" .

________________

* Приложение см. по ссылке. - Примечание изготовителя базы данных.


Они состоят в следующем:

- дальнейшем развитии основных принципов гражданского законодательства Российской Федерации, соответствующих новому уровню развития рыночных отношений;

- отражении в Гражданском кодексе Российской Федерации опыта его применения и толкования судом;

- сближении положений Гражданского кодекса Российской Федерации с правилами регулирования соответствующих отношений в праве Европейского союза;

- использовании в гражданском законодательстве Российской Федерации новейшего положительного опыта модернизации гражданских кодексов ряда европейских стран;

- поддержании единообразного регулирования гражданских отношений в государствах - участниках Содружества Независимых Государств;

- обеспечении стабильности гражданского законодательства Российской Федерации.

Естественно, что при разработке Концепции были использованы материалы национальных проектов и стратегии экономического развития страны, а также учтены уроки финансово-экономического кризиса и потребности обеспечения национальных интересов в условиях растущей глобализации.

Первый вариант Концепции, включающий в себя в общей сложности 660 страниц текста, был по мере разработки опубликован частями на сайте Исследовательского центра частного права при Президенте Российской Федерации, а также в ряде журнальных изданий, в том числе в "Вестнике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации", и подвергся широкому обсуждению в Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, Екатеринбурге, в ряде вузов, научных учреждений, министерств и ведомств, в высших судах страны. Замечания и предложения, в том числе поступившие от Государственно-правового и Экспертного управления Президента России и Правительства Российской Федерации, были тщательно проработаны и в значительной степени учтены при доработке Концепции. Доработанный и существенно сокращенный вариант Концепции был представлен Президенту Российской Федерации в срок, установленный Указом Президента РФ от 18 июля 2008 года .

На заседании Совета по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, которое состоялось 7 октября 2009 года под председательством Президента Российской Федерации, Концепция была одобрена. В этом виде она и публикуется в журнале "Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации".

Президент Российской Федерации поручил Совету в порядке реализации Концепции разработать и представить проект законодательного акта о внесении изменений и дополнений в Гражданский кодекс России в 2010 году. Законопроект также будет подвергнут широкому обсуждению.

На заседании Совета было поддержано предложение о совместной работе специалистов стран Содружества Независимых Государств по совершенствованию гражданского законодательства с целью сохранения гармонизации этого законодательства в странах СНГ.

Суханов Е.А., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова.

1 января 2008 г. вступила в действие последняя - четвертая - часть Гражданского кодекса Российской Федерации, и тем самым была завершена третья кодификация российского гражданского законодательства. Как отмечал Д.А. Медведев, принятие нового ГК РФ "создало основу процесса обеспечения правового регулирования рыночных отношений, одним из важнейших достижений которого стало восстановление ряда правовых институтов, категорий, существовавших в дореволюционной России, причем восстановление на самом современном уровне и в соответствии с мировыми стандартами гражданско-правового регулирования... С учетом части четвертой Гражданского кодекса можно говорить, что создана уникальная и логически завершенная система кодификации гражданского законодательства России" <1>.

<1> Медведев Д.А. О кодификации гражданского законодательства (извлечения из публикаций) // Вестник гражданского права. 2008. N 3. С. 156.

Но спустя всего полгода, 18 июля 2008 г., появляется Указ Президента РФ N 1108 "О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации", в котором ставится задача "разработки концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации и проектов федеральных законов о внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации" <2>. Чем объяснить такое законодательное решение? Серьезными просчетами разработчиков ГК РФ (о которых постоянно говорят его критики) или иными, более глубокими причинами? Ответ на эти вопросы также можно найти в статьях и выступлениях Д.А. Медведева, посчитавшего необходимым уделить серьезное внимание вопросам кодификации гражданского законодательства и ставшего непосредственным участником процесса разработки и принятия части четвертой ГК РФ в качестве официального представителя Президента РФ при ее обсуждении в палатах Федерального Собрания РФ.

<2> Собрание законодательства РФ. 2008. N 29 (ч. I). Ст. 3482.

Еще в апреле 2007 г. в выступлении на конференции, посвященной 15-летию арбитражных судов Российской Федерации и Исследовательского центра частного права, он поставил вопрос о системном совершенствовании Гражданского кодекса. Сразу после принятия части четвертой ГК РФ Д.А. Медведев вновь подчеркнул, что "сложившаяся система гражданского законодательства нуждается не в переустройстве, коренном изменении, как предлагают некоторые специалисты применительно к части четвертой Гражданского кодекса, а в совершенствовании, раскрытии ее потенциала и выработке механизмов реализации. Гражданский кодекс уже стал и должен оставаться основой становления и развития в государстве цивилизованных рыночных отношений... Кодекс не требует коренных изменений, но дальнейшее совершенствование гражданского законодательства необходимо"; при этом "условием совершенствования Гражданского кодекса является обеспечение стабильности гражданско-правового регулирования. Изменения Кодекса не должны затрагивать его систему и структуру, влечь кардинальные изменения его понятийного аппарата" <3>.

<3> Медведев Д.А. Указ. соч. С. 156 - 157.

Вместе с тем он отметил, что "...стабильность Гражданского кодекса... не означает, что он не нуждается в совершенствовании. При всех его многочисленных достоинствах... не следует забывать, что и первая, и вторая части Кодекса разрабатывались в те годы, когда Российская Федерация только делала первые шаги по пути рыночного развития. В это время никто еще не представлял в полной мере всего многообразия форм, в которых будет реализовываться провозглашенная Конституцией свобода экономической деятельности и, главное, не представлял, каковы должны быть пределы этой свободы в нашей стране" <4>.

<4> Там же. С. 152.

Вместе с тем необходимость развития основополагающих норм ГК РФ, закрепленных в его части первой, вызвана не только требованиями учета результатов опыта их 15-летнего применения в судебной и иной правоприменительной практике. Дело заключается в том, что "переход от административно-плановой экономики к рыночной экономике социального государства не закончился ни в мае 1991 года, когда были приняты Основы, ни даже в октябре 1994 года, когда стала законом часть первая ГК РФ. Возможно, он не завершился еще и сейчас. И часть первая ГК РФ больше других нуждается в совершенствовании совсем не только потому, что она "старше" других его частей" <5>.

<5> Маковский А.Л. Три кодификации отечественного гражданского права (вместо предисловия, введения и послесловия) // О кодификации гражданского права (1922 - 2006). М., 2010. С. 46.

Незавершенность перехода к новому общественному строю и соответствующий ему переходный характер гражданского законодательства выражаются в двух главных аспектах: 1) новые отношения собственности почти не затронули сферу землепользования, поскольку правовой режим и оборот земельных участков как недвижимых вещей по советской традиции, обусловленной национализацией земли и отказом от категории вещных прав, регулируется земельным, а не гражданским законодательством, причем далеко не лучшим образом даже с юридико-технической точки зрения; 2) новые субъекты гражданского права (коммерческие и некоммерческие организации) как юридические лица демонстрируют слишком много злоупотреблений и махинаций и слишком мало экономической и социальной эффективности; при этом сохраняются не соответствующие новым условиям хозяйствования юридические лица - несобственники (унитарные предприятия и учреждения).

Данное обстоятельство является прямым следствием того положения, что еще в ходе "разгосударствления" государственного имущества (начавшегося в СССР) и его прямой приватизации (осуществленной в Российской Федерации), которые составляли главное содержание произошедшей экономической революции, "была очевидна только одна сторона децентрализации государственной собственности: кто собственник, расстающийся с собственностью. В течение нескольких лет законодатель был не в состоянии внятно ответить на второй вопрос: чьей собственностью становится "разгосударствленное" имущество?" <6>. Ответ на этот вопрос в первую очередь призваны дать четкие нормы о видах и статусе юридических лиц, признаваемых российским законодательством.

<6> Маковский А.Л. Указ. соч. С. 43 - 44.

Поэтому главная цель совершенствования Гражданского кодекса Российской Федерации и была определена Президентом РФ в виде необходимости "учесть в Кодексе огромный опыт его толкования и применения судами и пополнить его часть первую некоторыми нормами, полнее отражающими состояние отношений собственности в нашей стране, более точно регламентирующими статус юридических лиц разных видов (выделено мной. - Е.С.)" <7>. Таким образом, были четко определены три основных направления работы: 1) совершенствование гражданско-правового оформления отношений собственности (вещное право); 2) уточнение статуса юридических лиц; 3) учет накопленной судебной практики (в значительной мере касающейся обязательственного права). Это, разумеется, не исключало возможности развития других институтов гражданского права (и совершенствования соответствующих им разделов ГК РФ), прежде всего его общих положений (подразд. 1 "Основные положения" разд. I ГК РФ).

<7> Там же. С. 157.

Разработка Концепции развития гражданского законодательства была возложена на Совет при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства и Исследовательский центр частного права при Президенте РФ, которые уже имели подобный опыт работы в виде подготовленной ими Концепции развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе, опубликованной в 2003 г. Теоретическую базу этой работы в известной мере составили также обобщенные предложения членов названного Совета, касавшиеся как общих проблем, так и отдельных институтов гражданского права и организации самих кодификационных работ <8>.

<8> См. особенно: Кодификация российского частного права / Под ред. Д.А. Медведева. М., 2008; Маковский А.Л. О кодификации гражданского права (1922 - 2006). М., 2010.

Советом было создано семь рабочих групп по подготовке отдельных разделов будущей Концепции в форме самостоятельных концепций развития законодательства об общих положениях Гражданского кодекса, о юридических лицах, о вещном праве, об общих положениях обязательственного права, о ценных бумагах и финансовых сделках, о международном частном праве, об интеллектуальных правах. В составе этих групп работало около 50 специалистов - судей и работников аппарата высших судебных органов, сотрудников высших государственных учреждений, преподавателей вузов, ученых и адвокатов. Результаты их работы в виде отдельных концепций были опубликованы <9>, а затем обсуждены на различных совещаниях и конференциях в Москве (в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации, в Министерстве экономического развития Российской Федерации, на расширенных заседаниях двух комитетов Государственной Думы Российской Федерации, в Институте законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, в Торгово-промышленной палате Российской Федерации, в Федеральной палате адвокатов), а также в Санкт-Петербурге (в Конституционном Суде Российской Федерации и на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета), в Магнитогорске (на выездном заседании Ассоциации юристов России), в Екатеринбурге и в Нижнем Новгороде <10>. Вряд ли после этого можно всерьез говорить о "келейном" характере данной работы.

<9> См.: Вестник ВАС РФ. 2009. N 4; Вестник гражданского права. 2009. N 2; Хозяйство и право. 2009. N 3 (приложение).
<10> Подробнее о задачах, организации и ходе этой работы см.: Маковский А.Л. О Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации // Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации. М., 2009.

Следующим ее этапом стал учет полученных замечаний и предложений (более 500) и переработка отдельных концепций в единый текст Концепции развития гражданского законодательства. Проект этой Концепции был представлен Президенту РФ и после итогового обсуждения на заседании названного Совета, прошедшего в Кремле 7 октября 2009 г. под председательством Президента РФ, был одобрен и стал основой для разработки законопроекта о внесении соответствующих изменений и дополнений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации.

Работа над данным законопроектом составляет третий - завершающий - этап выполнения требований Указа Президента РФ от 18 июля 2008 г. N 1108. После подготовки названного законопроекта планируется его окончательное обсуждение Советом по кодификации и внесение Президентом РФ в Государственную Думу. В случае его успешного прохождения в парламенте начнется длительная работа по совершенствованию ряда действующих законов и приведению их в соответствие с новыми нормами Гражданского кодекса.

Для краткой характеристики содержательных изменений, предлагаемых в Концепции и отраженных в законопроекте, касающемся части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, представляется достаточным остановиться на основных предполагаемых новеллах в разделах о юридических лицах, вещном праве и общих положениях об обязательствах и договорах.

В Общей части ГК РФ предполагаемые изменения в наибольшей мере коснутся гл. 4, посвященной статусу юридических лиц. Предусматривается ужесточение требований к порядку их создания, регистрации, реорганизации и ликвидации, а также к их уставному капиталу и к имущественной ответственности их учредителей и участников перед кредиторами и "своими" компаниями, связанное с выявленными в этой сфере правоприменительной практикой злоупотреблениями и попытками обхода требований закона. В частности, предлагается ввести юридическую экспертизу достоверности учредительных и других документов юридических лиц, представляемых в регистрирующие органы, а саму регистрацию передать из налоговых органов в органы юстиции, сделав при этом Государственный реестр действительно единым для всех юридических лиц, а его содержание - реально соответствующим принципу публичной достоверности.

Планируется также существенно повысить минимальный размер уставного капитала для хозяйственных обществ и установить требование об оплате его большей части деньгами, а не иным имуществом. Это должно стать препятствием на пути создания многочисленных фирм-однодневок, обычно используемых для совершения различных правонарушений (уклонения от уплаты налогов, создания подставных фирм, ухода от имущественной ответственности перед кредиторами и т.д.). Мелкий и средний бизнес, не желающий рисковать своими денежными средствами, может использовать организационно-правовую форму хозяйственного товарищества, не требующую уставного капитала, или производственного кооператива, предполагающего совместную хозяйственную деятельность участников, основанную на их личном труде, либо вести свое "дело" в виде индивидуального предпринимательства и (или) простого товарищества.

Предполагается закрепить в ГК РФ деление юридических лиц на корпорации и унитарные организации некорпоративного типа, установив общие правила как для всех корпораций, так и особо - для коммерческих и некоммерческих корпораций. Ведь корпорации со всех точек зрения являются господствующей разновидностью юридических лиц, в связи с чем сам термин "корпоративное право" в некоторых развитых правопорядках используется для обозначения всей совокупности норм, регулирующих статус юридических лиц (не только корпоративного типа, тем более что и среди корпораций теперь нередко господствуют "одночленные корпорации" - "компании одного лица").

К коммерческим корпорациям законопроектом отнесены хозяйственные товарищества и общества, а также производственные кооперативы. При этом предполагается упразднение закрытых акционерных обществ (практически полностью дублирующих статус обществ с ограниченной ответственностью, особенно если учесть, что многие ЗАО никогда не эмитировали никаких акций) и обществ с дополнительной ответственностью, не получивших практического распространения.

Такой шаг, помимо прочего, должен содействовать известному сближению законодательства об акционерных обществах и об обществах с ограниченной ответственностью. В перспективе он даст возможность поставить вопрос о создании единого закона о хозяйственных обществах или даже об инкорпорации норм о них в Гражданский кодекс (как это имеет место в современном законодательстве ряда высокоразвитых стран, например Швейцарии и Нидерландов, и уже имело место в дореволюционном проекте Гражданского уложения Российской империи и в первом российском Гражданском кодексе 1922 г.).

Что касается некоммерческих организаций, то здесь прежде всего необходимо значительно сократить количество их самостоятельных разновидностей, число которых, предусмотренное отдельными федеральными законами, колеблется от 30 до 40, превышая всякие разумные пределы. Представляется вполне достаточным свести его к шести видам, закрепив их исчерпывающий перечень (numerus clausus) непосредственно в Гражданском кодексе. Речь идет о трех видах некоммерческих корпораций (потребительские кооперативы, общественные организации граждан, ассоциации и союзы) и трех видах унитарных юридических лиц некорпоративного типа (фонды, учреждения и религиозные организации). Такое решение, несомненно, будет способствовать устранению неоправданных различий в гражданско-правовом статусе этих организаций, имеющихся противоречий отдельных законов друг другу и Гражданскому кодексу, усиливая роль последнего как главного регулятора соответствующих отношений. При этом учитывается, что основная уставная деятельность этих организаций выходит за рамки гражданско-правового регулирования.

Главным здесь является не просто появление новой законодательной классификации юридических лиц, а то обстоятельство, что наличие общих правил о коммерческих и некоммерческих корпорациях должно значительно улучшить гражданско-правовой статус их участников, особенно находящихся в меньшинстве, в частности, путем установления единого для них права на информацию о деятельности корпорации, порядка разрешения корпоративных споров, исключения из членов корпорации и т.д.

При этом планируется не новая перерегистрация юридических лиц, а указание во вводном законе на то, что зарегистрированные юридические лица продолжают свою деятельность по новым правилам ГК РФ о соответствующих организационно-правовых формах, например объединения работодателей, торгово-промышленные палаты, саморегулируемые и т.п. организации должны действовать по правилам ГК РФ об ассоциациях (союзах), перестав быть самостоятельными видами юридических лиц.

Серьезной структурной и содержательной доработке должен подвергнуться разд. II ГК РФ о праве собственности и других вещных правах, который предлагается существенно расширить и переименовать в раздел "Вещное право". По образцу классических европейских гражданских кодексов его предполагается дополнить небольшой самостоятельной главой о владении и его гражданско-правовой защите.

Проектом предусмотрено значительное расширение круга ограниченных вещных прав на земельные участки. Предлагается включить в ГК РФ специальные нормы о праве застройки, праве постоянного владения и пользования земельным участком (примерно аналогичном известной римской конструкции эмфитевзиса), праве личного пользования (примерно аналогичном узуфрукту), праве приобретения чужой недвижимой вещи (примерно аналогичном праву, предусмотренному абз. 1 § 1094 германского BGB), праве вещных выдач (примерно аналогичном праву, принадлежащему субъекту "вещных обременений" согласно абз. 1 § 1105 BGB). В систему вещных прав подлежит включению право залога (и ипотека), вещный характер которого пока оспаривается в современной российской литературе. При этом перечень вещных прав должен быть по-прежнему исчерпывающим (numerus clausus).

В нормах ГК РФ о вещном праве более последовательно будут отражены особенности правового режима земельных участков и других недвижимых вещей (в России к ним традиционно относятся также здания и сооружения, а теперь даже отдельные жилые и нежилые помещения). Им планируется посвятить специальные главы этого раздела. Вещно-правовая защита вещных прав не должна будет более использоваться для защиты прав иных титульных владельцев вещей (обладающих ими в силу различных договоров, прежде всего арендаторов), как это имеет место в настоящее время в соответствии с правилами ст. 305 ГК РФ.

Вследствие того, что гл. 17 ГК РФ, посвященная праву собственности и другим вещным правам на землю, по политическим причинам была "заморожена" и вступила в действие только в 2001 г., почти одновременно с принятием нового Земельного кодекса Российской Федерации, в этот последний были включены многие правила, гражданско-правовые по своей юридической природе (о праве собственности и других вещных правах на земельные участки, о договорах купли-продажи и аренды земельных участков и др.). В результате предполагаемых изменений раздела ГК РФ о вещном праве соответствующие нормы Земельного кодекса станут беспредметными и дублирующими гражданско-правовую регламентацию, а потому подлежащими исключению из него. Тогда Земельный кодекс в полном соответствии с юридической природой земельного права превратится в акт публично-правовой кодификации.

В целом же все это будет способствовать дальнейшему сближению основополагающих норм российского вещного права с традиционными подходами классических европейских континентальных кодификаций, прежде всего их германской ветви, которые активно учитывались при разработке проекта Концепции развития российского законодательства о вещном праве.

Учет современных тенденций правового развития, особенно в сфере международного коммерческого оборота, в наибольшей мере отразился в проектируемых изменениях общих положений обязательственного права. В них предлагается определенная модернизация как некоторых общих положений об обязательствах, так и ряда гражданско-правовых сделок, прежде всего порождающих денежные обязательства, с учетом законодательного опыта наиболее высокоразвитых зарубежных правопорядков и ряда положений и принципов международного частного права (включая Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА, Принципы европейского договорного права, типовые законы ЮНСИТРАЛ, унифицированные правила Международной торговой палаты и т.д.). Это, в частности, должно коснуться норм об уступке права и переводе долга, о банковской гарантии, о залоге как способе обеспечения надлежащего исполнения обязательств.

Предлагается значительно усилить роль принципа добросовестности при исполнении гражданско-правовых обязательств. В современной российской судебной практике едва ли не преобладающее место заняли споры о действительности сделок, обычно инициируемые недобросовестными должниками, которые нередко по формальным основаниям пытаются уклониться от надлежащего исполнения своих обязательств. Поэтому предлагается законодательно существенно ограничить или даже полностью исключить возможность оспаривания частично или полностью исполненных сделок, особенно в предпринимательских отношениях, добиваясь максимальной стабильности заключенных договоров и в целом гражданского (имущественного) оборота.

Таким образом, законодательная реализация основных предложений Концепции развития гражданского законодательства РФ представляется назревшим шагом, направленным на необходимое и продуманное совершенствование ГК РФ и ряда других российских законов с целью более эффективного оформления и регулирования активно развивающихся рыночных отношений. Ее реализация будет содействовать последовательному устранению из гражданского законодательства остатков как прежнего правопорядка, так и "рыночного романтизма" 90-х годов, постепенно ликвидируя его "переходный" характер.

При этом она прямо или косвенно затронет и общую систему российского законодательства, предполагая дальнейшие изменения Земельного и Жилищного кодексов, законодательных актов о юридических лицах и в определенной мере сферы публичного, а не только частного права (например, налогового и бюджетного регулирования). В частности, как отметил Д.А. Медведев, "доработка и шлифовка гражданского законодательства не будет иметь должный результат без эффективной системы процессуального законодательства..." <11>. Если такая работа будет проделана хотя бы в течение ближайшего десятилетия, в перспективе может появиться и вопрос о необходимости и целесообразности создания Свода законов России. Иначе говоря, работы хватит всем и надолго.

<11> Медведев Д.А. О кодификации гражданского законодательства. С. 158.

* * *

Особо приходится говорить о позициях критиков Концепции, голоса которых звучат все громче по мере реализации ее положений в законопроекте. Сегодня они составляют три основные группы, каждая из которых имеет свой конкретный интерес в "принципиальной" критике современного российского гражданского права, что, в свою очередь, заставляет серьезно сомневаться в объективности такой критики. Ведь давно известно, что если бы таблица умножения затрагивала чьи-либо интересы, то и она подвергалась бы яростным нападкам.

Первая группа - это российское бизнес-сообщество, возглавляемое Министерством экономического развития Российской Федерации, которое, по заявлениям некоторых своих руководителей, имеет основной, если не единственной, задачей "создание комфортных условий для бизнеса", прежде всего крупного (т.е. по сути в конечном итоге превращение России в одну большую офшорную зону), хотя обычно представители этой группы формально выступают в защиту интересов "мелкого и среднего предпринимательства".

Эта группа наиболее активно и последовательно протестует против предлагаемых в Концепции мер по определенному ужесточению требований к созданию, регистрации, реорганизации и ликвидации юридических лиц, особенно хозяйственных обществ, и повышению размера их минимального уставного капитала как основной, а иногда и единственной гарантии интересов их кредиторов. Ее основной довод: реализация содержащихся в Концепции положений создаст новые препятствия для развития малого и среднего предпринимательства, представляющего собой современный "локомотив" экономического развития.

Прекрасно осознавая существо конструкции юридического лица как формы исключения или существенного уменьшения имущественного риска для его учредителей и участников, отечественный бизнес уже добился для себя невиданных удобств путем упрощения создания юридических лиц в "одном окне" (у налоговых органов) без какой-либо проверки документов и при внесении символического уставного капитала в 10 тыс. руб., но отнюдь не деньгами, а любым имуществом, вплоть до старой мебели, изношенной одежды и т.п. В результате из 4 млн. зарегистрированных в России юридических лиц 3 млн., т.е. 75%, - это общества с ограниченной ответственностью (значительное, если не основное, количество которых представляет собой однодневки, созданные для различных махинаций и злоупотреблений, нередко - по подложным или похищенным документам).

В сравнении с этим числом количество полных и коммандитных товариществ, не требующих уставного капитала, но основанных на личной имущественной ответственности учредителей (полных товарищей), исчисляется единицами (первых насчитывается менее 500, а вторых - 700, при том что в роли полных товарищей и здесь зачастую выступают юридические лица - ООО или ЗАО), а количество производственных кооперативов, основанных на личном труде участников, составляет менее 23,5 тыс., т.е. 0,05% от общего числа юридических лиц.

Объяснение этой "математике" простое: предприниматели не хотят рисковать своим личным имуществом. Но ведь риск убытков от участия в имущественном обороте не исчезает - он просто перекладывается на других участников оборота (третьих лиц), т.е. на потенциальных кредиторов, включая граждан-потребителей. Поэтому требование наличия хоть сколько-нибудь серьезного минимального уставного капитала, выраженного в денежной форме (либо личной имущественной ответственности учредителей (участников) "компаний") является общим требованием не только российского, но и континентально-европейского корпоративного законодательства <12>. Конечно, это требование, как постоянно указывается отечественными "бизнес-адвокатами", легко обходится путем изъятия этого капитала на следующий же день после регистрации юридического лица. Но, во-первых, это лишний раз свидетельствует о реальных целях такого предпринимательства, выходящего в имущественный оборот с заведомо недобросовестными намерениями; во-вторых, не менее "легко" парируется законодательными правилами, известными развитым правопорядкам не менее ста лет. Но в любом случае ясно, что законодатель не может поддерживать такие недобросовестные устремления.

<12> Подробнее об этом см., например: Суханов Е.А. О развитии статуса компаний в некоторых европейских правопорядках // Вестник гражданского права. 2009. N 2.

Сказанное относится и к положению о том, что бизнес нуждается в возможности максимально широкой диверсификации своей деятельности, юридически выражающейся в возможности быстрой, в идеале - мгновенной реорганизации, которой явно препятствуют даже существующие в ГК РФ требования к этому процессу, устанавливающие "чрезмерные" (по мнению бизнес-сообщества) гарантии интересов кредиторов реорганизуемых юридических лиц. Но гражданское законодательство должно учитывать интересы не только предпринимателей, но и других участников имущественных отношений, устанавливая и поддерживая их необходимый баланс и не допуская "перекосов" в ту или другую сторону. Поэтому и необходимы законодательные гарантии обеспечения интересов не только активно действующих в обороте предпринимателей, но и их кредиторов, миноритариев, граждан-потребителей.

Таким образом, в целом позиция этой группы критиков очевидна и ясно обусловлена ее прямыми экономическими интересами.

Несколько сложнее на первый взгляд обстоит дело со второй группой, которая представлена традиционными критиками цивилистики - сторонниками хозяйственно-правовой концепции (или особого "предпринимательского права"). Среди них теперь оказался и позиционирующий себя в качестве "коммерциалиста" (сторонника самостоятельного торгового, или коммерческого, права) Б.И. Путинский, который требует обязательного учета "достижений современной коммерциалистики" путем полного отказа от гражданско-правового регулирования "торговых отношений" и перехода к их регламентации специальным торговым (или коммерческим) кодексом <13>.

<13> Он утверждает, что "отсутствие торговых кодексов или специального торгового законодательства - признак и удел в основном экономически слаборазвитых стран", а "невежественные интриганские нападки отдельных групп цивилистов" на идею кодификации коммерческого права "намеренно или невольно сталкивают Россию в круг стран третьего мира" (см.: Пугинский Б.И. Коммерческое право и предпринимательство // Актуальные проблемы коммерческого права: Сборник статей. Вып. 2. М., 2005. С. 21 - 22).

Следует подчеркнуть, что этот взгляд не является консолидированным мнением всех "отечественных коммерциалистов", большинство которых все же стоит на цивилистических позициях и потому проявляет несколько большую лояльность как к действующему ГК, так и к рассматриваемой Концепции.

В этой позиции прежде всего удивляет наивная вера проф. Пугинского (как, впрочем, и большинства сторонников хозяйственно-правовой концепции) в магическую силу законодательных актов, принятие которых, с его точки зрения, оказывается способным автоматически и весьма существенно продвинуть экономическое развитие страны. Это удивление возрастает при воспоминании о том, что еще сравнительно недавно тот же автор и, надо полагать, столь же искренне рассматривал кодексы и другие законы в качестве почти ничего не значащих "юридических текстов", не менее эмоционально доказывая основополагающую роль "договорно-правовой работы в народном хозяйстве" и волшебную силу "хозяйственного договора", упрекая "невежественных цивилистов" в фатальной недооценке этого главного "правового средства" в развитии отечественной экономики.

Но неужели можно всерьез говорить о каком-либо прогрессивном значении Кодекса торгового оборота Калмыкии, принятие которого в 1993 г. не только не поспособствовало жителям этой Республики войти в "золотой миллиард", но даже не вывело ее из числа "субъектов-доноров", или считать крупным достижением "современной отечественной коммерциалистики" проект Торгового кодекса ЕврАзЭС <14>, текст которого был составлен с помощью ножниц и клея (возможно, впрочем, и с помощью современной компьютерной техники, что не меняет его природы как "цельностянутой конструкции") из хорошо известных "текстов" нескольких российских законов (включая и "злосчастный" Гражданский кодекс)? И как же после этого живут никогда не имевшие торгового кодекса несчастные граждане Швейцарии или еще более несчастные жители Нидерландов и Италии, поспешившие отказаться от таких замечательных законов и тем самым, очевидно, серьезно пошатнувшие свое благосостояние и вышедшие из "золотого миллиарда"?

<14> Подробнее о нем см.: Вестник гражданского права. 2010. N 2. С. 174 - 181.

Если же говорить серьезно, то речь идет, с одной стороны, об очевидном преувеличении роли права (закона) в социально-экономической жизни, а с другой - о столь же очевидной недооценке исторических факторов, национально-государственной специфики правового развития (которой только и можно, например, объяснить принципиально различную систему правового регулирования однородных экономических отношений в странах англо-американского и европейского континентального права). Именно эта специфика исторического развития, а вовсе не какие-то "европейские" или "мировые стандарты" определяет наличие и содержание торгового кодекса в том или ином национальном правопорядке. Достаточно сослаться на новейшие "кодификации" западноевропейского торгового права, проведенные во Франции и Австрии уже в начале XXI в., каждая из которых вновь отчетливо показала свой глубоко национально-правовой характер.

Так, Торговый кодекс Франции от 18 сентября 2000 г. в соответствии с установившимся там в последние годы порядком законотворчества в действительности стал осуществленной правительственным ордонансом (подзаконным актом, а не законом) частичной консолидацией торгового законодательства, а вовсе не его "новой кодификацией". В ходе этой работы в прежний текст Торгового кодекса были инкорпорированы тексты Законов о торговых товариществах 1966 г., о банкротстве 1985 г. и о торговом представительстве 1991 г., тогда как за его рамками осталось банковское право и ряд других институтов, урегулированных, в частности, Законом от 15 мая 2001 г. "О новых экономических правилах". Все это дало основание для оценки такой ситуации как фактической "декодификации торгового права" <15>.

<15> Licari F.-X., Bauerreis J. Das neue franzosische Handelsgesetzbuch - ein kritischer Beitrag zur Methode der codification a droit constant // Zeitschrift fur Europaisches Privatrecht. 2004. N 1. S. 132 ff.

С 1 января 2007 г. вступила в силу новая редакция Торгового кодекса Австрии, который теперь носит официальное наименование "Федеральный закон об особых гражданско-правовых предписаниях для предпринимателей - Предпринимательский кодекс" ("Bundesgesetz uber besondere zivilrechtliche Vorschriften fur Unternehmen - Unternehmensgesetzbuch"). Она "содержит гражданско-правовые предписания для предпринимателей", поскольку речь в ней идет не об особой "кодификации предпринимательского права", а о принципиальной модернизации (обновлении) Торгового кодекса с целью его "упрощения и дерегулирования предпринимательского права", а равно об устранении "неоправданных различий между торговым и общим гражданским правом", вызванным тем малоизвестным у нас обстоятельством, что действовавший до 2005 г. Торговый кодекс в действительности являлся германским Торговым кодексом 1897 г., навязанным Австрии в 1939 г. в результате ее "аншлюса" с Германией <16>. При этом нормы нового Предпринимательского кодекса, как и ранее, не подлежат применению к корпоративному праву (Gesellschaftsrecht); конкурентному праву (Wettbewerbs- und Kartellrecht); "правам на интеллектуальную собственность" (Irnmaterialguterrecht); страховому, банковскому и биржевому праву; правовому режиму ценных бумаг и т.д., т.е. не выполняют задачи не только кодификации, но даже и простой систематизации "предпринимательского" или "торгового" законодательства.

<16> Zib Ch., Verweijen S. Das neue Unternehmensgesetzbuch idF HarAG (ab 1.1.2007) mit den amtlichen Erlauterungen und Anmerkungen. Wien, 2006. S. 49; Erlauternde Bemerkungen zur Regierungsvorlage zum HarAG // A.a.O. S. 17, 22; Bericht des Justizausschusses uber die Regierungsvorlage zum HarAG // A.a.O. S. 46.

Не менее поучителен и реальный, а не надуманный опыт "хозяйственно-правового" регулирования экономических отношений, имеющийся в современном украинском правопорядке. Принятый в 2003 г. одновременно с Гражданским кодексом Хозяйственный кодекс Украины, остающийся единственным в мире актом подобного рода, был создан на искусственной базе "хозяйственно-правовой концепции", а не на основе национальных правовых традиций и реальных хозяйственных потребностей. Способствовало ли его поспешное принятие подъему экономики этого государства или, напротив, окончательно запутанное этим шагом законодательство еще более усугубило и без того сложную экономическую ситуацию? Вопрос, очевидно, риторический. Но на чем же тогда основывается облеченная в новые "предпринимательские" одежды старая хозяйственно-правовая критика российского гражданского законодательства и предложений по его совершенствованию, подразумевающая в конечном итоге необходимость перехода все к тому же "дуализму" правового регулирования однородных отношений?

Тем представителям предпринимательского и (или) коммерческого права, которые поднимают постоянный шум по поводу "острой необходимости" скорейшего принятия предпринимательского или торгового кодексов, в оправдание серьезности своих намерений давно можно было бы попытаться самим разработать и добиться принятия парламентом и одобрения юридической общественностью хоть одного конкретного законопроекта, реально способного улучшить ситуацию в каком-либо секторе хозяйства, например в сфере биржевой торговли, учтя в нем современный передовой зарубежный опыт и показав все преимущества своего подхода (избежав при этом каких-либо отсылок к гражданскому законодательству). Увы, в обозримое время и этого "чуда", видимо, также не случится. Остается надеяться лишь на другое чудо в виде хотя бы некоторого "успокоения" в отношении реального, а не надуманного процесса совершенствования действующего законодательства. Говоря словами Антиоха Кантемира, "уме незрелый, плод недолгой науки, покойся, не допускай к перу свои руки".

После принятия нового ГК РФ в некоторых научно-юридических кругах стало модным говорить об "экспансионистских устремлениях" гражданского права, в том числе и потому, что Кодекс "вбирает" в себя все больше административно-правовых норм (прежде всего, о государственной регистрации юридических лиц, прав на недвижимые вещи, объектов патентного права). Одновременно в силу этого он, согласно изложенным взглядам, постепенно начинает утрачивать качества частноправового закона. Все завершается "патетическим" вопросом: где же в таком случае находятся "границы частного права"? <17>

<17> Одновременно от разработчиков Концепции требуют "отрешиться от иллюзорных представлений, будто мы сможем создать полноценный ГК РФ, не выходя за пределы цивилистического материала, т.е. создать стерильный Кодекс", поскольку в нем необходимо "обеспечить стыковки норм публичного и частного права" (Толстой Ю.К. О Концепции развития гражданского законодательства // Журнал российского права. 2010. N 1. С. 32). Очевидно, что последовательно удовлетворить обе эти позиции вряд ли смогли бы даже Ликург и Солон.

Можно было бы лишь поблагодарить сторонников "хозяйственно-правовой концепции" за столь трогательную заботу о чистоте гражданского (частного) права, если бы за ней не скрывались их собственные интересы в получении и удержании своей части "правового поля" для нужд "хозяйственного" (или, если угодно, "предпринимательского") права. Но речь в данном случае идет о конкретном законодательном регулировании, т.е. о гораздо более важной для государства вещи, чем извечная борьба цивилистов с "хозяйственниками" (или наоборот), поэтому в проблеме следует разобраться всерьез.

Прежде всего необходимо отметить, что традиционное для "хозяйственно-правовой" концепции смешение понятий права и законодательства в данном случае ясно показывает всю свою методологическую ошибочность. Дело в том, что отрасль права, как давно известно, представляет собой совокупность однородных по природе юридических норм, тогда как отрасль законодательства состоит из законов и других нормативных актов. Последние никогда не бывают "стерильно чистыми", содержащими нормы исключительно какой-либо одной отрасли права, поскольку при их подготовке и принятии законодатель менее всего озабочен решением вопроса о том, к какой отрасли права ученые-юристы впоследствии отнесут тот или иной нормативный акт. Типичными примерами тому являются Жилищный кодекс и транспортные кодексы. Даже в Уголовном кодексе Российской Федерации ст. 1 содержит нормы не уголовного, а конституционного права. Поэтому наличие административно-правовых (публично-правовых) норм в Гражданском кодексе - главном акте гражданского законодательства - само по себе никак не влияет на природу гражданского (частного) права как правовой отрасли.

Но дело не только в этом. Государственная регистрация юридических лиц или прав на недвижимость неразрывно связана с гражданско-правовым регулированием и бессмысленна вне и без гражданского законодательства. Нельзя забывать и того, что в силу ст. 72 Конституции РФ административное законодательство является предметом совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, тогда как гражданское законодательство ст. 71 Конституции РФ отнесено к исключительному ведению Российской Федерации <18>. Если бы в период "славных 90-х", когда разрабатывались и принимались первые две части Гражданского кодекса, законодатель в целях соблюдения "юридической чистоты" изъял бы из ГК РФ соответствующие нормы, то практически неизбежно появились бы отдельные законы о регистрации юридических лиц и прав на недвижимые вещи в субъектах Российской Федерации. Вряд ли это способствовало бы эффективности законодательства о рыночной экономике, являющейся предметом неусыпных забот сторонников самостоятельного "предпринимательского права".

<18> Примечательно, что Конституция РФ вообще не упоминает ни о предпринимательском, ни о торговом или коммерческом законодательстве, в связи с чем их гипотетическая "кодификация", помимо прочего, вызывает и ряд серьезных вопросов конституционно-правового характера.

Разумеется, рыночные, в том числе предпринимательские, отношения регулируются не только гражданским законодательством и даже не только законодательством о предпринимательской деятельности, но и всеми другими отраслями российского законодательства, включая даже уголовное и семейное законодательство. Но думается, что в этом важном деле они выполняют неодинаковую роль, что хорошо видно на примере соотношения гражданского и налогового законодательства. В рамках отношений, регулируемых гражданским законодательством, предприниматели и другие лица получают доход, который лишь после этого подлежит налогообложению, а налоговое законодательство для повышения своей эффективности, как это давно известно из опыта развитых правопорядков, должно учитывать особенности гражданско-правового регулирования, например, путем предоставления льгот хозяйственным товариществам и производственным кооперативам в противовес хозяйственным обществам, а не требовать со всех одинаково по принципу "Будем доначислять!". Поэтому-то главенствующую роль в регулировании предпринимательской деятельности играет гражданское законодательство, а производную и в этом смысле "подчиненную" - налоговое, причем эти отрасли законодательства взаимодействуют (должны взаимодействовать), но не сливаются в единое "предпринимательское законодательство".

Если бы сторонникам концепции "предпринимательского права" удалось не только "уловить" эту взаимосвязь, но и реально, а не на словах добиться систематизации (координации) гражданского законодательства с налоговым, бюджетным, таможенным и тому подобным административным законодательством, это, бесспорно, стало бы их выдающимся, без преувеличения, историческим достижением, заслуживающим как минимум бронзовых или мраморных бюстов для его творцов. Увы, в реальной действительности ожидать подобного результата не приходится.

Что касается соотношения различных отраслей права, то в отличие от соотношения отраслей законодательства этот вопрос - сугубо теоретический, если угодно - теоретико-познавательный, лишь косвенно, а не прямо влияющий на развитие законодательства и реальное содержание правового регулирования. Было бы по меньшей мере странно оспаривать существование законодательства о торговле, промышленности, сельском хозяйстве, транспорте, строительстве и т.д. Но не менее странным выглядит и признание "торгового", а затем и промышленного, транспортного, банковского, строительного права и т.д. вплоть до банно-прачечного, бакалейно-гастрономического, трамвайно-троллейбусного права (по известному выражению Л.С. Галесника), а затем и до библиотечного, здравоохранительного, спортивного и т.п. "отраслей права", построенных по "предметному признаку".

В результате приходится с сожалением констатировать, что в конечном итоге вся "принципиальная" критика ГК РФ и Концепции сводится к новым попыткам обоснования давно известных и отвергнутых отечественным законодателем предложений об издании в противовес Гражданскому кодексу либо хозяйственного (предпринимательского), либо торгового (коммерческого) кодекса, т.е. к возрождению старых дискуссий о существовании "хозяйственного" права.

Похоже, что это обстоятельство вполне осознают если не все, то по крайней мере некоторые из критиков. Поэтому следует признать, что такого рода предложения нередко преследуют некие амбициозные цели, ибо в отечественных условиях наличие "своего" кодекса может стать базой не столько для теоретического обособления новой отрасли права, сколько для последующего создания или для оправдания уже имеющегося "организационно-научного" обособления в виде соответствующих кафедр, секторов и отделов, пунктов "ваковской" классификации научных дисциплин и т.д. Этично ли маскировать подобные устремления надуманной критикой реальной и достаточно плодотворной законотворческой работы - вопрос, видимо, тоже риторический.

В заключение следует упомянуть и еще об одной - третьей - группе критиков - представителях земельного права, многие из которых почувствовали себя кровно обиженными содержащимися в Концепции предложениями об изъятии из Земельного кодекса Российской Федерации норм, регулирующих правовой режим и гражданский оборот земельных участков <19>. Можно понять ностальгические чувства этих коллег, привыкших к тому, что в отечественном праве регламентация "земельных отношений" является исключительным делом земельного законодательства. Увы, с возрождением частной собственности на землю и возвращением в российское право категории недвижимости (каковой в первую очередь являются земельные участки) эта монополия безвозвратно утрачена, а сами "земельные отношения", также утратив единство, распались на две группы, составляющие предмет соответственно публично-правового и частноправового (гражданско-правового) регулирования.

<19> См., например: Бринчук М.М. Соотношение экологического права с другими отраслями права // Государство и право. 2009. N 7. С. 30 - 37.

Это печальное для специалистов в области земельного права положение им даже пришлось "собственноручно" закрепить именно в Земельном кодексе (п. 3 ст. 3), оставив там же в виде некоторого утешения оговорку о том, что земельное и природоресурсное законодательство несмотря ни на что при желании могут регулировать и имущественные отношения по поводу земельных участков, составляющие предмет гражданского законодательства (что они, собственно, пока и делают).

Такое "разграничение" предметов земельного и гражданского законодательства весьма напоминает известный показ Ноздревым Чичикову границ своих владений: "Вот граница! Все, что ни видишь по эту сторону, все это мое, и даже по ту сторону, весь этот лес, который вон синеет, и все, что за лесом, - все мое". Нельзя не отметить, что такой весьма "удобный" для земельного права подход ставит под сомнение постоянные обвинения гражданского законодательства в "экспансионизме", делая их несколько преувеличенными. Но в условиях последовательного правового оформления рыночного хозяйства от него рано или поздно все равно придется отказаться <20>.

<20> Подробнее об этом см., например: Чубаров В.В. Кодификация российского земельного законодательства (взгляд с позиций частного права) // Кодификация российского частного права / Под ред. Д.А. Медведева. М., 2008.

При этом также следует учесть и исключительно федеральный характер гражданского законодательства (который, в отличие от земельного законодательства, исключает появление отдельных законов субъектов РФ о гражданско-правовом режиме земельных участков как объектов недвижимости), и бесспорную необходимость подчинения правил о сделках с земельными участками общим положениям Гражданского кодекса о сделках, обязательствах и договорах, а их правового режима как объектов вещных прав - соответствующим нормам вещного права (которые невозможно и бессмысленно повторять в Земельном кодексе).

В целом же можно вновь констатировать заведомо бесплодный характер критических возражений по содержанию современной отечественной кодификации гражданского законодательства и основных направлений ее совершенствования, основанных на традиционных "хозяйственно-правовых" подходах (в том числе слегка закамуфлированных под "предпринимательское" или особое "коммерческое право"). Их авторы не в состоянии противопоставить закрепленной ГК РФ законодательной систематизации собственную реальную систематизацию "предпринимательского" или "торгового" ("коммерческого") законодательства, четко решающую все традиционные проблемы соотношения гражданского и административно-хозяйственного законодательства и действительно содержащую современное правовое оформление предпринимательского (коммерческого) оборота.

Поэтому Концепция развития гражданского законодательства РФ направлена на повышение роли именно Гражданского кодекса в регулировании развивающихся рыночных отношений. На этом пути авторы Концепции с благодарностью воспринимают все серьезные и объективные замечания, направленные на реальное, а не надуманное улучшение законодательного развития <21>.

<21> Именно такой подход избрали германские коллеги в ходе проведенного ими сравнительно-правового анализа Концепции совершенствования общих положений обязательственного права, который завершился общим выводом о том, что содержащиеся в ней положения представляют собой "важный шаг не только к теоретической, но и к практической гармонизации российского права с континентально-европейскими правопорядками" (см.: Sacker F.J., Mohr J., Aukhatov A. Zur geplanten Reform des Schuldrechts in der Russischen Foderation aus der Sicht des deutschen Privatrechts // Zeitschrift fur Vergleichende Rechtswissenschaft. Archiv fur Internationales Wirtschaftsrecht. 2009. Heft 108. S. 397 - 398).